Нестандартный председатель.

Девизом казахстанского председательства в ОБСЕ президент Назарбаев провозгласил четыре «Т» – Trust (доверие), Tradition (традиции), Transparency (транспарентность) и Tolerance (толерантность).

/Николай КУ ЗЬМИН,
«Эксперт Казахстан»/

Презентация Казахстаном плана мероприятий на 2010 год в рамках своего председательства
в Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе
(ОБСЕ), прошедшая в середине
января в Вене на специальном
заседании Постоянного совета
ОБСЕ, не содержала сюрпризов. Судя по предложениям,
прозвучавшим на заседании
Постоянного совета, Казахстан
намерен совместить повышение собственного международного авторитета с повышением
авторитета возглавляемой им
организации. От того, в какой
степени его усилия будут поддержаны другими странами
– членами ОБСЕ, зависит не
только успешность намеченных мероприятий, но во многом и будущее организации.

К вопросу
о стандартизации

Некоторые наблюдатели до
сих пор склонны рассматривать
председательство как своего
рода высокую награду, которой наша страна не вполне достойна и потому обязана стремиться к соответствию неким
стандартам, недостижимым,
как горизонт. Поэтому стоит
напомнить о том, что Казахстан был избран председателем не за какие-то особые заслуги и не после сдачи какогото специального экзамена. Его
кандидатура была выдвинута
странами – членами СНГ и рассматривалась ими как реализация принципа равенства и
равноправия всех государств,
входящих в ОБСЕ.

Что касается стандартов, то
они с легкостью нарушаются,
если речь идет об интересах великих держав. Правами человека можно пренебречь, если
на кону энергетическая безопасность. Говорить о демократических выборах после фарса
со вторым туром Хамида Карзая уже невозможно. Выборы и
демократия стали элементами
протокола, не более того. С
другой стороны, Соединенные
Штаты, вне всяких сомнений, –
демократическое государство,
но их избирательное законодательство и выборная практика
настолько своеобразны, что не
только стандартам ОБСЕ, но и
вообще никаким стандартам
не соответствуют.

Поэтому задача Казахстана
вовсе не в том, чтобы соответствовать стандартам ОБСЕ, а
в том, чтобы создать новые
стандарты, отвечающие и современным реалиям, и интересам стран – членов организации. Создать при помощи
тех стран, которые видят в
ОБСЕ действенный механизм
поддержания стабильности
и обеспечения безопасности.
Если же не создать, то хотя бы
постараться заложить какую-то основу для их появления в
будущем. Генеральный секретарь ОБСЕ Марк Перрен де
Бришамбо в декабре прошлого
года в интервью «Российской
газете» сказал, что организация в ее нынешнем виде сформировалась в начале 90-х годов,
когда правительства, стоящие
у ее истоков, ставили амбициозные задачи и думали, что
смогут достичь прогресса по
широкому кругу проблем.
Жизнь доказала, что добиться поставленных результатов
не так просто.

Свое выступление, адресованное Постоянному совету ОБСЕ,
Нурсултан Назарбаев начал с
того, что обозначил проблемы,
которые, по его мнению, должна будет решать организация.
К ним он отнес эрозию режима нераспространения оружия
массового уничтожения, терроризм, гуманитарные и экологические катастрофы, голод,
бедность, эпидемии, сокращение энергетических ресурсов,
конфликты на межэтнической
и межрелигиозной почве.
Описывая опыт Казахстана в
решении внешнеполитических
вопросов, Назарбаев особо выделил Совещание по взаимодействию и мерам доверия в
Азии (СВМДА), указав на то,
что оно стало уникальным многосторонним инструментом
безопасности сотрудничества
на азиатском континенте, и назвав его «своеобразным аналогом ОБСЕ в Азии». Сравнение
с ОБСЕ не вполне отражает то
состояние, в котором сегодня
находится СВМДА, но оно абсолютно корректно в смысле
намерений и целей, которые
преследовал Казахстан, выдвигая в начале 90-х предложение
об организации по безопасности и сотрудничеству в Азии.

Традиции вместо
стандартов

Девизом казахстанского
председательства президент
Назарбаев провозгласил четыре
«Т» – Trust (доверие), Tradition
(традиции), Transparency
(транспарентность) и Tolerance
(толерантность).

О том, насколько актуален
вопрос о доверии в отношениях
между государствами, можно
судить хотя бы по тому, что
международные отношения
в последнее время все чаще
сравнивают не с шахматами,
как было принято издавна, а с
покером – игрой, основанной
на блефе и взаимном недоверии. Возможно, включение
доверия в девиз произошло на
основе опыта разработки каталога мер доверия для СВМДА
(по-английски в этом случае
слово «доверие» звучит иначе
– не «Trust», а «Confidence»).
Видимо, доверие в период казахстанского председательства будет относиться скорее
к военно-политической сфере,
чем к гуманитарной.

Под традициями, как пояснил Назарбаев, понимается
«приверженность основополагающим принципам и ценностям ОБСЕ». Видимо, традиции – это то, что Казахстан попытается предложить вместо
скомпрометировавших себя
стандартов ОБСЕ. Что понимается под основополагающими
принципами, можно понять,
прочитав проект договора о
коллективной безопасности,
продвигаемый российским
коллегой Нурсултана Назарбаева и поддержанный казахстанским президентом.

Казахстан был избран председателем ОБСЕ во многом благодаря поддержке России. В
Астане в общем-то никогда не
скрывали поддержки Москвы
по всем важным для нее вопросам. Видимо, одной из задач Казахстана на посту председателя станет продвижение
инициативы российского президента Дмитрия Медведева
– принятие Договора о европейской безопасности.

Этот договор не содержит в
себе каких-то положений, которые можно было бы расценить
как угрозу общеевропейской
безопасности или безопасности отдельно взятой страны.
Но он вызывает у ряда государств неприятие тем, что в
свернутом виде включает в себя
нормы и принципы международного права, которые сегодня фактически исключены из
международной практики и
о которых стараются не вспоминать. В преамбуле договора содержится ссылка на ряд
международных документов,
в том числе на Декларацию
о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом
Организации Объединенных
Наций, принятым в 1970 году.
Среди этих принципов есть и
такой неоднозначный с точки
зрения практики последних
лет – «строгое соблюдение государствами обязательства не
вмешиваться в дела любого
другого государства является
существенно важным условием
для обеспечения того, чтобы
нации жили вместе в мире друг
с другом, поскольку практика
вмешательства в какой бы то ни
было форме не только представляет нарушение духа и буквы
Устава Организации Объединенных Наций, но также ведет
к созданию ситуаций, которые
ставят под угрозу международный мир и безопасность».
Транспарентность в интерпретации Нурсултана Назарбаева – это максимальная открытость в международных
отношениях, свободных от
«двойных стандартов» и «разделительных линий», нацеленность на конструктивное сотрудничество в преодолении
вызовов и угроз безопасности.
Термин «толерантность» был,
похоже, позаимствован из внутриполитического лексикона
и относится к «укреплению
межкультурного и межцивилизационного диалога». Но для
Казахстана толерантность может стать основой долгосрочного внешнеполитического
проекта. В декабре прошлого
года в Афинах уже было принято решение о проведении в
Астане 29–30 июня 2010 года
конференции высокого уровня
по толерантности и недискриминационному отношению.
Толерантность – это та сфера, где Казахстан чувствует за
собой моральное право выступать в роли если не критика
других стран, то, по крайней
мере, учителя. По словам Каната Саудабаева, Казахстан
рассматривает толерантность
и недискриминацию как один
из главенствующих факторов
стабильности и намерен максимально задействовать потенциал ОБСЕ для развития диалога
религий, культур и цивилизаций, преодоления национализма, религиозной нетерпимости, расизма, ксенофобии и
антисемитизма.

Немаловажно, что после завершения нашего председательства в ОБСЕ тема толерантности перейдет в следующий,
2011 год, когда Казахстан будет хозяином очередного саммита Организации Исламская
Конференция (ОИК). Тогда
нам пригодятся все наработки в области толерантности,
и можно не сомневаться в том,
что противодействие исламофобии в Европе станет одной
из главных тем казахстанского
председательства в ОИК.
Кроме того, союзнический
долг может потребовать от Казахстана содействия принятию
благоприятных для России решений по Абхазии и Южной
Осетии, а также по Договору об
обычных вооруженных силах в
Европе (ДОВСЕ).

Казахстанский опыт в развитии демократических институтов и обеспечении прав человека пока не встречает не только
безусловного одобрения, но порой даже и простого понимания. Тем не менее по вопросам
«третьей корзины» Астана не
намерена скромно отмалчиваться. Конечно, свобода прессы,
выборы и многие другие вопросы, относящиеся к «третьей корзине» ОБСЕ, дают основания
для упреков в адрес Астаны. Но
недостаток демократии, надо
думать, будет компенсирован
готовностью Казахстана профинансировать конференции
и встречи, посвященные как раз
развитию демократических институтов и соблюдению прав
человека. На это прямо указал
Канат Саудабаев в своем выступлении на СМИД в Афинах.
Генсек ОБСЕ Перрен де
Бришамбо, с сожалением отмечающий, что в условиях экономического кризиса страны-участницы все менее склонны
как финансировать работу организации, так и делать взносы
в ее бюджет, наверняка оценит
готовность Астаны взять на себя
расходы по проведению масштабных конференций.

В поисках утраченного
консенсуса

Нурсултан Назарбаев сказал,
что определяющий вопрос будущего ОБСЕ состоит в том, сможет ли она оформиться в качестве структуры, признающей
многообразие мира XXI века,
или останется в качестве сегментированной на блоки организации, в которой традиционный
Запад стоит особняком от пространства к востоку от Вены.
Некоторые наблюдатели увидели в выступлении Назарбаева
критику в адрес организации,
точнее, ее нынешнего состояния. В действительности же
казахстанский президент, в
прошлом не раз критиковавший ОБСЕ за невротическую
зацикленность на «третьей
корзине» и за неспособность
обратиться к решению тех задач, которые представляются
действительно актуальными и
важными Казахстану, России
и их союзникам, на этот раз
от критики воздержался. Он
лишь указал на то, что в организации, принимающей решения на основе консенсуса, этого
консенсуса уже давно нет.

По мнению Нурсултана Назарбаева, «десятилетняя пауза с саммитом ОБСЕ является
иллюстрацией того, что консенсусная основа организации
пребывает если не в кризисном,
то в весьма стагнационном состоянии». Возможно, со временем сам принцип консенсуса
будет пересмотрен, как это уже
произошло в Евросоюзе. Однако сегодня Казахстан предложил всем странам-участницам
продемонстрировать общее видение проблем и вызовов сегодняшнего мира. Или хотя бы
единство в своей готовности эти
проблемы обсуждать и искать
ответ на имеющиеся вызовы.
Можно не сомневаться в том,
что саммит состоится в этом
году. Идею о его проведении
в Астане поддерживает генеральный секретарь организации, заявивший:

– Нам всем придется много
потрудиться, чтобы достичь
цели, которую Казахстан поставил в период своего председательства, а именно: организовать саммит организации
в нынешнем году.

Что касается секретариата
ОБСЕ, то для него более чем достаточным должен стать такой
аргумент в пользу саммита, как
возможность отметить 35-летие
Хельсинкского Заключительного акта, 20-летие Парижской
хартии и 65-летие окончания
Второй мировой войны.
Казахстан не в состоянии
в одночасье вдохнуть новую
жизнь в ОБСЕ ни в одиночку,
ни даже при поддержке своих
союзников. Но создать условия
для возрождения организации
и для ее адаптации к задачам
и вызовам современного мира
он готов. Проблема в том, что
сегодня многие страны Европы
уже привыкли связывать свои
планы и надежды на международную безопасность с НАТО,
решение экономических вопросов – с Евросоюзом, а ОБСЕ
рассматривают как своего рода
правозащитный филиал этих
структур. Пока неясно, в какой
степени они заинтересованы в
возрождении ОБСЕ в качестве
не всемогущей, но авторитетной международной организации. Консенсус, в котором
нуждается ОБСЕ, связан не со
статусом Косово и Абхазии, не
с оценкой выборов в Украине
или Афганистане, не с условиями обновления Договора об
обычных вооруженных силах
в Европе (ДОВСЕ). Точнее, не
только с ними. Он должен быть
достигнут относительно будущего самой организации, ее
места в новой структуре международной безопасности. Такой
консенсус позволит оперативно решить принципиальные
вопросы и отложить решение
тех, которые могут быть отложены без ущерба для эффективности работы и авторитета
организации. Без общего видения своей стратегической
миссии ОБСЕ обречена на то,
чтобы превратиться в объект
политических манипуляций и
инструмент реализации конъюнктурных проектов.