Асисяй, покоривший мир.

У таких людей всегда «творческий непокой», как выражался герой «Покровских ворот». Тем Полунин и интересен

/Сергей Варшавчик, обозреватель РИА Новости/

«Серьезное лицо – еще не признак ума», – говорил герой Горина барон Мюнхгаузен. И был прав. Все глупости на Земле, действительно, делаются с этим выражением. Тем более ценны те немногие, кто не боится быть смешным. Одним из таковых является Вячеслав Полунин, которому 12 июня исполняется 60 лет.

В его лице страна некогда потеряла инженера, зато приобрела мима, клоуна, киноактера и, в конце концов, народного артиста России. Собственно говоря, как и весь остальной мир, поскольку он давно уже не принадлежит только России.

Как человек, некогда работавший в советском цирке (режиссером, ставившим клоунаду), я могу сказать, что клоунов, как и народных артистов – немало, а вот Полунин один такой. В чем же его феномен?

Маяковский когда-то констатировал, что:

«Для веселия
планета наша
мало оборудована.
Надо
вырвать
радость
у грядущих дней».

В стране Советов главной доминантой была серьезность (еще бы, построение социализма – дело нешуточное). Получение радости культивировалось совсем не из смешных вещей. Например, из пятилетки в четыре года, из повышения надоев. «Жить стало лучше, товарищи, жить стало веселее», – констатировал 17 ноября 1935 года Иосиф Сталин, выступая на Первом всесоюзном стахановском совещании. На многие годы это стало программной установкой для широких слоев трудящихся.

Смех же, как правило, допускался:

а) одобрительный (использовался на съездах и собраниях как знак поддержки оратора);

б) обличительный (по отношению к врагам народа и/или приспешникам международного империализма).

Конечно, были и те, чьей основной профессией было смешить людей. Навскидку можно вспомнить Юрия Никулина, Аркадия Райкина, Михаила Жванецкого и других достойных представителей «веселого цеха» юмористов. Но все они действовали в довольно жестких рамках профессии, рассматривая ее, прежде всего, как ремесло, а не образ жизни.

Полунин же с самого начала творческого пути и по сию пору ищет себя. Казалось бы, в СССР клоуну одна дорога – в цирк. Туда, где работал Леонид Енгибаров, о котором знаменитый Марсель Марсо сказал, что он «великий поэт движения». Но нашему герою в рамках советского цирка показалось тесно. Ощутив в детстве сильное влияние немого кино, и, в первую очередь, героя Чарли Чаплина, Полунин решил вернуть на сцену человека играющего, создав собственный театр «Лицедеи», работающий на стыке пантомимы, клоунады и эксцентрического трагифарса, который широкий зритель смог сполна оценить в популярном музыкальном фильме «Как стать звездой» (1986).

Сам же Полунин прославился чуть раньше, придумав для одного из новогодних «огоньков» трогательного персонажа по имени Асисяй. Этот нелепый человечек в желтом комбинезоне и красном шарфе, что-то невнятно лепечущий в надувной телефон в одночасье покорил сердца публики, а самого Вячеслава Ивановича одарил многолетним прозвищем.

Во многом ему повезло – он совпал с эпохой перемен. Вряд ли, например, в 1970-е годы кто-то мог бы себе представить (даже в страшном сне), что на острове Тотлебен в Финском заливе откроется «Школа дураков» (1983). В 1980-ые полунинцы вырываются «на оперативный простор». Уличный театр, подразумевающий перманентную импровизацию и отсутствие барьера между зрителями и актерами, знаменовал свободу общества, которое вне жестких цензурных рамок худсоветов могло наслаждаться веселым зрелищем, и любой мог стать его участником. Смех вышел из-под контроля партии и правительства, став достоянием частников, в лице продюсеров и антрепренеров.

«Школа дураков» переросла в «Караван мира», в котором приняли участие сотни коллег из многих стран мира. Ибо, как сказал участник полунинских фестивалей, известный шут и паяц Джанго Эдвардс по кличке Король дураков: «Клоунада не знает границ».

Сами «Лицедеи» объездили с гастролями весь мир, став, таким образом, визитной карточкой страны. В начале 1990-ых, когда по экономическим причинам зрители перестали ходить в театры, Полунин почувствовал себя ненужным и уехал из России. Работал в США, Канаде, Франции и Великобритании. Это оказалось более удобным и с творческой, и с бытовой стороны. Благо, жена и дети – актеры его труппы.

Впрочем, он не иммигрировал. Периодически приезжая в Россию, он то открывал «Академию дураков», то проводил фестиваль «Бабы -дуры», то снимался в главной роли в фильме у Эльдара Рязанова («Привет, дуралеи!»). В 2000-ых он триумфально вернулся со «Snow-Show» («сНежное шоу»), билеты на которые трудно достать не только в Москве, но и в Париже и Лондоне.

«Чем больше я становлюсь человеком мира, тем больше становлюсь человеком России. Потому что все, что я собой представляю, — это Россия», – размышляет Мастер, который удостоен британской театральной премией имени Лоуренса Оливье за лучший спектакль года, и российской премией «Триумф», вручаемой обладателям высших достижений в области искусства.

Почивает ли он на лаврах? Мне кажется, что нет. У таких людей всегда «творческий непокой», как выражался герой «Покровских ворот». Тем Полунин и интересен.

Оригинал публикации: http://www.rian.ru/analytics/20100611/244758409.html